В марте, запуская эту рассылку, я планировал до конца года написать 40 писем. Затем на их основе собрать вторую часть книги. Получилось в четыре раза быстрее. В начале мая вторая часть была готова. Живу с этим уже неделю. Странное чувство: не радость от выполнения задачи, а вопросы. Что такого удалось на этот раз? Почему то, что планировал на декабрь, получилось за два месяца? Это точно…
Письмо 11. Кому вы показываете замыслы
Это письмо я писал в день, когда Пермский край атаковали беспилотники.Это письмо я писал в день, когда Пермский край атаковали беспилотники. Интернет был нестабильным, я мало отвлекался. Перед тем как сесть за работу, позвонил внуку. Он был в другом городе, один дома. Мне важно было успокоить его, отвлечь от сигналов воздушной тревоги. Я старался говорить уверенно и спокойно, обсуждал с ним предстоящий чемпионат мира по…
Письмо 10. Когда лебеди стали серыми
Эта зима выдалась снежной и долгой. Морозы держались неделями. Заметил, что разговоры со знакомыми всё чаще начинались с погоды и ею же продолжались. Заметённые дороги. Отменённые встречи. Прогноз на следующую неделю. Эти разговоры ничего не меняли в климате. Все это понимали. Однако они как будто успокаивали, словно само проговаривание делало холод общим, а значит, более терпимым. Когда пришла весна, разговоры изменились. Тревожные события перестали быть…
Письмо 9. Из лаборатории
Это первое письмо новой рубрики в рассылке. Хочу сразу объяснить, что происходит. Вы подписались на рассылку о том, как я пишу книгу. А сейчас я напишу письмо, в котором речь пойдёт про Стодневку. Внешне это выглядит как отклонение. Хочу показать, почему это, наоборот, возвращение к теме. Книга, над которой я работаю, про контур важного. Про то, как удерживать то, что для тебя живое, когда внешний…
Письмо 8. Два триггера
В прошлый раз я писал про палец. Про то, как маленькая травма обнажила автоматизм. Про жизнь, не приходя в сознание. Палец продолжает своё дело. Каждый раз, когда забываюсь и тянусь за чем-то привычным, он напоминает: здесь что-то изменилось. Боль несильная — короткий укол. Достаточный, чтобы вернуть в реальность. Я не скажу, что рад этой травме, но раз уж она случилась стараюсь выжать из неё максимум…
Письмо 7. Жизнь, не приходя в сознание
В воскресенье во время тренировки я упал. Случилось это не в лесу, где бегаю часто и где это было бы простительно: корни, сучки, неровная тропа. В центре города. На ровном месте. Подскользнулся на грязи у перехода, куда свернул, чтобы не ждать светофора. Тридцать метров. Другая жизнь. Ещё полчаса я ещё бежал. Руки были вымазаны, боли почти не было. Успел даже придумать, как забавно расскажу об…
Письмо 6. Пространство
Каждый раз, садясь писать очередное письмо или очередную заметку в дневник, я напрягаюсь. Словно вглядываюсь в сумерки, пытаясь разглядеть путь. Вспоминаю, где остановился в прошлый раз, что из этого важно. Это утомительно — особенно с письмами. Дневник — это для себя. Письмо живёт в контексте всего, что писал раньше. На этой неделе что-то сдвинулось. Возник образ — не идея, а именно образ. Светлое, просторное, уютное…
Письмо 5. Одно слово
Выключил Zoom и несколько секунд сидел, не двигаясь. Созвон с ключевым клиентом. Сотрудничаем давно, но условия меняются, и обсуждение зашло в тупик. Не ссора — хуже. Ощущение, что мы говорим одни и те же слова, но имеем в виду разное. Как будто язык перестал работать. Закрыл ноутбук. Тело гудело от напряжения. Обычно иду отжиматься или растягиваться, но тут поступил иначе. Чтобы остыть, открыл дневник. Хотел…
Письмо 4 На чём держится движение, когда ничего не происходит
Обычно у меня отключены почти все уведомления. Но после первых писем я включил их обратно. Сначала — чтобы быстрее отвечать. Потом — чтобы не пропустить. Потом — чтобы проверить. Во вторник я уже сам открывал почту без всякого сигнала. Потом — смотрел статистику. Потом — снова почту. Писем почти не было. Заметил, как это начинает менять моё состояние. Не потому, что мало откликов, а потому,…
Книга как сканворд
Вторая часть книги «Контур важного» проявляется у меня не через план, а через вопросы. После третьего письма рассылки я ещё яснее убедился в неочевидном выводе. Когда пишешь книгу публично, цель перестаёт быть маршрутом. Она превращается в экспедицию. Каждое письмо оказывается не просто шагом вперёд, а открытием. Словно разгадываешь сканворд. Заполняешь одну клетку — и вдруг становятся понятны несколько соседних слов. Похоже, так постепенно и проступает…