Умеют же люди подбирать метафоры.
Он воспринимал каждую женщину как прыгун в высоту планку. Какая ему разница из чего она сделана, главное ее одолеть, сделать успешную попытку. После каждой успешной попытки, он вскоре задумывался о новой высоте. Частенько планки не поддавались за отведенные три попытки. Порой он интуитивно переносил попытку на новую высоту.
Кончилось все печально. Планки на привычной высоте стали вовсе не доступны. Брать «юношеские высоты» было скучно. Он стал тренером, бахвалясь о прошлых успехах и показывая шрамы от душевных травм.
Она воспринимала мужчин как средство передвижения. Главное — вверх. Это были когда отдельные ступеньки, деревянные и скрипучие, когда целые лестничные пролёты, на мраморных поверхностях которых были яно видны оставленные безжалостным временем следы, когда легкомысленные винтовые лестницы, поднимаясь по которым можно было запросто «слететь с катушек» и оказаться в самом низу с переломанными крыльями. По мере продвижения наверх стали попадаться лифты, загадочно поблёскивающие золотой арматурой, какой на пальце, как признак того, что средство передвижения свободно лишь временно, какой на шее, как признак того, что у средства нет вкуса, но есть средства…В них она быстро и с комфортом достигала поставленной цели, ностальгически улыбаясь всегда находящимся рядом с лифтом лестницам запасного (пожарного!) выхода. С ними она оставалась в тёплых дружеских отношениях – а вдруг «заклинит» лифт? Конечно, не все средства передвижения были ей доступны в силу несоответсвующего социального статуса или каких других причин, но что всё поиметь нельзя – это она поняла ещё где-то в середине своего пути наверх…