Все никак не дослушаю «Преступление и наказание». Услышал слова Рскольникова про «жизнь на аршине пространства» и стал вспоминать о нечто подобном, в недавно прочитанном романе Кортасара. Не поленился, полистал «Игра в классики» и нашел такую характеристику. «Тревелер есть то, чем бы должен быть он, просто у Тревелера немного меньше этого треклятого воображения, он – человек территория, он – непоправимая ошибка целого рода, пошедшего по ложному пути, однако как прекрасна эта ошибка, сколько красоты в этих пяти тысячах лет, в этой неверной и ложной территории, …»
Есть люди до конца жизни обустраивающие свою «территорию», с аршин ли она или гораздо больше, кому уж сколько отмеряно. Кого-то же бросает в оторопь от одной мысли, всю жизнь топтаться на своем «аршине пространства».